Апология (объяснение) Кризиса. Кризисный ликбез

Не понимаю, почему так всех колбасит. Как всем будет хуже! Продажи упадут! Да, упадут. Ну, неестественно высокими они были до этого! Не может страна, в которой никто ничего не умеет хорошо делать, жить так припеваючи! Вернее может, но очень недолго.

«А папенька говорит, что вкушать одних радостей недостойно». Не казалось ли нам, что быстрое улучшение жизни в последние несколько лет подозрительно незаслуженно? За чей же это счет? Богатство не берется из ниоткуда.

Адам Смит в «Исследовании о природе и причинах богатства народов» пишет о «невидимой руке» рынка, наводящей порядок в хозяйстве, как только появляется экономическая свобода. Думаю, реально надо говорить о «невидимой ноге», которая временами дает ощутимого пинка, как только рыночные законы начинают игнорироваться.

Нерегулируемыми и предоставленными сами себе рыночные механизмы бывают только в анархических концепциях. Квалифицированный же менеджмент экономических механизмов требует как квалификации, так и ответственности управляющих. Тезис про кухарку, управляющую государством, мы уже неоднократно ощущали на собственной шкуре.

Прислушиваться к мнению «населения», принимая управленческие решения — самая чудовищная ошибка. Основная масса населения в стране — предельно безграмотна экономически и абсолютно не представляет себе, откуда берется благополучие, что позволяет манипулировать, играя на самых низких инстинктах массового сознания. Боюсь, что так было всегда.

Простой экономический ликбез.

Богатства создают частные компании, управляемые предпринимателями в рамках процесса, называемого «бизнес». Нет бизнеса — нет богатства.

Функция государства — решение тех проблем, которые бизнес решить не может, или решает неэффективно: обеспечение безопасности, забота об убогих, создание инфраструктуры, удобной для жизни людей и функционирования бизнеса.

Есть особенности функционирования этих двух субъектов — бизнес не может не создавать, а государству присуще свойство распространяться и стремиться распределять все вокруг и все вокруг контролировать, т.к. это повышает статус чиновника (от участкового милиционера до президента).

Компании, разрастаясь, теряют эффективность, одновременно приобретая тягу к контролю и перераспределению. Наемный менеджмент крупняка в силу потери предпринимательской составляющей теряет способность принимать эффективные решения и поддерживать эффективность в долгосрочной перспективе. Им это просто не надо — величина компании сама по себе гарантирует конкурентные преимущества. Крупняк имеет счастливую возможность перекладывать проблемы на других игроков рынка. До определенного момента.

Самая крупная компания — государство, — самая неэффективная из компаний. Крупняк перекладывает на остальные компании накапливающийся груз проблем, консервируя собственную неэффективность. Так же поступают и государства друг с другом, пока система это выдерживает. Потом систему переклинивает, она ломается, и в результате кризиса (или череды кризисов) экономика стряхивает с себя неэффективный крупняк с его неэффективным менеджментом и начинает новый цикл развития.

Экономика, конечно, — это саморегулирующаяся система, но механизмом саморегуляции является кризис. Экономика — это вещь посильнее, чем Фауст Гёте. Быстро исправляет любые косяки, как только ей дают волю и свободу предпринимательства. Даже такие бермудские пятна, как Албания, Северная Корея, Куба, очень быстро придут в себя, как только там появится толика экономической свободы.

Свобода экономическая и политическая связаны между собой. Вторая, судя по всему, вынужденное следствие первой. Бизнес, развиваясь и создавая потребительскую базу (средний класс), начинает предъявлять спрос на политическую свободу. Политическая свобода и конкуренция, в свою очередь, начинают ограничивать неэффективный чиновничий аппарат, который рано или поздно должен потерять рычаги влияния и начать считаться со спросом Граждан государства на демократию. Это для государственной бюрократии — самое страшное, потеря власти. Чиновник это понимает, до последнего консервируя состояние экономической несвободы.

Каха Бендукидзе на одной из встреч со студентами в Высшей Школе Экономики назвал «вредными ископаемыми» ресурсное проклятие России, отметив, что ценимые на международном рынке сырьевые богатства России позволяют поддерживать неэффективный государственный менеджмент во всех сферах сколь угодно долго.

Интересно, что в благополучные периоды государственно-чиновный аппарат всегда набирает силу, накладывая лапу на бизнес и гражданские свободы. Во времена «тощих» лет, когда кризис ставит государство перед неразрешимыми задачами, власть немного выпускает из рук вожжи, позволяя либералам спасти ситуацию. Глотка свободы хватает на то, чтобы построить систему, обеспечивающую относительно безбедное существование на некоторое время. Через некоторое время ситуация повторяется.

Что нас ждет?

Очень скоро станем жить гораздо хуже. Реже менять автомобили, меньше пить соков и замысловатых йогуртов, думать о возможной потери работы и дорожить ей, стараться быть профессиональнее, думать о клиентах, которые могут уйти, оставив нас без работы…

А что в этом страшного? Я хочу, чтобы мне не хамили в автосервисе и поликлинике, ценя мои деньги. Я очень хочу, чтобы мое время берегли все, кто видит во мне клиента и готов сам поступать так же. Профессионализм должен оплачиваться, а наплевательское отношение к работе, наконец, будет оценено по достоинству.

Все дилеры не успевают жаловаться на нехватку кадров. Скоро кадров будет — завались и Вы сможете с пристрастием отбирать наиболее адекватных и старательных. Вы жаловались, что не можете заставить персонал соблюдать регламенты? Вперед, скоро ужесточение регламентов и их контроля уже не вызовет такого оттока персонала.

Вы не успели обзавестись устойчивой клиентской базой? Ну же, вот ее сейчас потеряют многие компании, а многие разорятся, оставив потенциальных клиентов Вам. Ловите! Вы не умеете? Учитесь! Только быстрее. Отныне жить придется быстрее.

Когда оно начнется? Уже началось, пока это редкие капли. Уже через несколько месяцев последний политический демагог потеряет возможность балаболить о том, что Россию кризис не затронет. Все накопленные стабфонды России составляют около половины триллиона долларов. За один день «для поддержания фондового рынка» в аффилированные с государством банки было закачано около пятидесяти миллиардов (за точность цифр не ручаюсь, порядок тот), т.е. весь стабфонд может рассосаться в течение нескольких недель.

Насколько глубоко? Бог знает. Современная история знает и случаи очень глубоких провалов (Аргентина), при которых пригождались навыки физического выживания.

Надолго ли? Великая Американская депрессия продолжалась четыре года (1929-1933). Надолго, пока у бизнеса не появится вновь возможность создавать материальные блага и услуги во все возрастающих масштабах. Другого пути жить лучше в природе нет.

Кстати, кризис дает возможности для последующего роста, но их могут использовать «либо суперпрофессиональные, либо суперудачливые» (А.Привалов, Эксперт). Попробуйте испытать свой профессионализм и удачу!

Во времена экономических кризисов солнце продолжает вставать, птицы — петь, люди любить, рожать и растить детей. Может, что-то в жизни должно измениться, чтобы это заметить? Давно ли Вы последний раз были в лесу?